Чему молилась ты с любовью,Что, как святыню, берегла,Судьба людскому суесловьюНа поруганье предала.
Толпа вошла, толпа вломиласьВ святилище души твоей,И ты невольно устыдиласьИ тайн и жертв, доступных ей.Ах, когда б живые крыльяДуши, парящей над толпой,Ее спасали от насильяБезмерной пошлости людской!Между июлем 1850 и серединой 1851