Крупнейшим русским индологом XIX в. был Иван Павлович Минаев (1840–1890).[215] Во время одной из своих поездок в Индию, в 1874–1875 гг., он записал некоторое количество сказок и легенд от жителей Кумаона (предгорья Гималаев) и, вернувшись на родину, опубликовал эти тексты в русском переводе.[216] Таким образом, И. П. Минаев был одним из первых собирателей живой фольклорной сказки в Индии.

Учеником И. П. Минаева был другой наш выдающийся индолог — Сергей Федорович Ольденбург (1863–1934), академик (с 1908 г.) и в течение четверти века (с 1904 по 1929 г.) непременный секретарь Академии Наук.[217] Правда, С. Ф. Ольденбург не занимался непосредственным собиранием фольклора в Индии и больше изучал индийскую повествовательную литературу (джатаки и т. п.), но у него есть ряд важных теоретических работ по фольклору, в частности несколько рецензий на издания индийских фольклорных сказок.[218] Кроме того, С. Ф. Ольденбург активно работал на поприще российской фольклористики. Он был организатором и бессменным председателем специальной Сказочной комиссии Русского географического общества.[219]

Своеобразным проявлением интереса С. Ф. Ольденбурга к индийскому сказочному фольклору была книга «Индийские сказки», которую он посвятил своим внучкам.[220] Книга имела популярный характер и состояла из тридцати сказок в переложении С. Ф. Ольденбурга (без какого-либо научного аппарата).[221]

Сборник С. Ф. Ольденбурга был одной из немногих на русском языке публикаций индийских сказок, появившихся в первой половине XX в.[222] Качественный скачок (даже взрыв) в этой области произошел во второй половине 50-х годов.

Несколько раз переиздавалась книга «Индийские сказки»,[223] дважды — «Индийские сказки» С. Ф, Ольденбурга. Несколько сборников индийских сказок выпустил Детгиз.[224]

В те же годы у нас вновь стали активно переводить с санскрита старинные литературные версии индийских сказок. В 1958 г. были изданы в русском переводе одна из версий «Двадцати пяти рассказов Веталы»[225] и одна из наиболее известных версий «Панчатантры».[226] В 1960 г. вышли русские переводы «Семидесяти рассказов попугая»[227] и «Жизни Викрамы» («Тридцати двух историй царского трона»).[228]

В 1960-е годы у нас впервые появились книги, в которых объединенными усилиями индологов (в основном ленинградских) были напечатаны сказки, переведенные с нескольких новых индийских языков. Следуя хронологии, первой должна быть названа книга «Сказки народов Востока»,[229] в которую вошли переводы двадцати шести индийских сказок, в том числе — трех бенгальских. Еще шире был отражен сказочный фольклор народов Индии в книге, составленной В. М. Бескровным (1908–1978).[230]

В 1960-е годы и в последующие у нас продолжали выходить русские переводы литературных версий индийских сказок и подобных им повествований.[231]

В 1970-е годы появились два ценных издания индийских фольклорных сказок: сборник, представляющий собой фольклор малых народов Центральной Индии,[232] и новое, значительно преображенное издание ленинградского сборника 1964 г.[233]

Но с 1976 г., вот уже более десяти лет, на русском языке не было опубликовано, насколько мне известно, ни одного сборника индийских фольклорных сказок. Индологическое сказковедение в нашей стране практически не развивалось, и этот факт отражает многие трудности отечественной индологии в «эпоху застоя». Между тем интерес нашего общества к индийской культуре не только не уменьшается, но, напротив, растет. Существует постоянный читательский спрос на переводы индийских сказок. И пока наши индологи не в состоянии удовлетворить эту общественную потребность, за дело берутся энтузиасты-любители.

А. Е. Порожняков — журналист-международник, который несколько лет прожил в Республике Индии и в Пакистане, где заинтересовался фольклором этих стран.[234] К сожалению, А. Е. Порожняков не знает индийских языков и поэтому свои переводы делает с английского. С английского языка он перевел и бенгальские сказки.

………………………………

Лалбихари Дэ пишет:

«Но я почти забыл те сказки, или, во всяком случае, они все перемешались в моей голове: конец одной сказки приклеился к началу другой, а начало третьей — к концу четвертой. Как жаль, что бедной „Матери Шамбху" уже не было в живых! Она давным-давно отбыла в те края, откуда не возвращается ни один путник, и ее сын Шамбху последовал за ней.

После долгих поисков я нашел мою Гаммер Гретель — хотя она не была и наполовину столь стара, как Frau Viehmännin[235] из Гессен-Касселя, — в лице одной бенгальской христианки, которая еще маленькой девочкой, живя в своем языческом доме, слышала много сказок от своей старой бабушки. Эта женщина-христианка оказалась хорошей рассказчицей, но запас ее был невелик, и, услышав от нее десять сказок, я должен был отправиться на поиски свежих источников. Один старый брахман рассказал мне две сказки, один старый цирюльник — три, мой старый слуга рассказал мне две, а остальные я услышал еще от одного старого брахмана. Никто из моих рассказчиков не знал английского языка. Они все рассказывали мне свои сказки на бенгальском, а я, приходя домой, переводил их на английский. Я слышал много других сказок помимо тех, которые вошли в эту книгу, но многие я отверг, потому что мне показалось, что они содержат сомнительные добавления к тем подлинным сказкам, которые я слышал в детстве. У меня есть основания полагать, что сказки, представленные в этой книге, — верные образцы тех старых, старых сказок, которые старые бенгальские женщины рассказывали из века в век, в сотнях поколений.

„Мать Шамбху", как и всякий правоверный бенгальский рассказчик сказок, всегда завершала каждую свою сказку одной и той же формулой-концовкой:[236]

Вот и сказка кончилась,

Злючка-колючка скрючилась.[237]

— Почему ты, колючка, скрючилась?

— Почему объедает меня корова?

— Почему ты, корова, объедаешь колючку?

— Почему не кормит меня пастух?

— Почему ты, пастух, не кормишь корову?

— Почему не дает мне риса невестка?

— Почему ты, невестка, не даешь ему риса?

— Почему мой ребенок плачет?

— Почему ты, ребенок, плачешь?

— Почему меня укусил муравей?

— Почему, муравей, ты его укусил?

— Тук! Тук! Тук!.[238]

Что эти строки означают, почему они повторяются в конце каждой сказки и как части этой концовки соединяются между собой, я не знаю. Возможно, это лишь веселая бессмыслица, выдуманная для того, чтобы забавлять маленьких детей».[239]

вернуться

215

См.: Иван Павлович Минаев. Сб. статей (Серия: «Русские востоковеды и путешественники»). М. 1967.

вернуться

216

Минаев И. П. Индийские сказки и легенды, собранные в Кумаоне в 1875 г. СПб., 1876. На эту книгу в 1877 г. откликнулся рецензией A. Н. Веселовский (см.: Веселовский А. Н. Собр. соч. Т. 16. М. — Л., 1938, с. 137–148). Книга была переиздана в 1966 г. с предисловием E. М. Медведева: Индийские сказки и легенды, собранные в Кумаоне в 1875 году И. П. Минаевым. М., 1966.

вернуться

217

См.: Сергею Федоровичу Ольденбургу к пятидесятилетию научно-общественной деятельности. 1882–1932. Сб. статей. Л., 1934; Сергей Федорович Ольденбург. М., 1986.

вернуться

218

Библиографию работ С. Ф. Ольденбурга см. в книгах, указанных в предыдущей сноске. См. также: Библиография Индии.

вернуться

219

См.: Азадовский М.К. С. Ф. Ольденбург и русская фольклористика. — Сергею Федоровичу Ольденбургу, с. 25–35. По словам М. К. Азадовского, С. Ф. Ольденбург «был собирателем сил русских фольклористов, их организатором и в значительной степени их вдохновителем» (там же, с. 25). См., также: Пропп В. Я. Русская сказка, с. 143–144.

вернуться

220

Первое издание вышло в 1921 г.: Индийские сказки. По-русски пересказал Сергей Ольденбург. Изд-во 3. И. Гржебина. Берлин — Петербург, 1921. В 1923 г. вышли еще два почти идентичных издания: Ольденбург С. Ф. Индийские сказки. Изд-во 3. И. Гржебина. Берлин — Петербург — Москва, 1923; Ольденбург С. Ф. Индийские сказки. Государственное издательство РСФСР. Берлин, 1923.

В 1956 и 1957 гг. появились еще два идентичных друг другу издания, в которые вошли двадцать девять из тридцати сказок С. Ф. Ольденбурга: Индийские народные сказки (в обработке академика С. Ф. Ольденбурга. Под ред. М. Клягиной-Кондратьевой). М., 1956 (и 1957).

вернуться

221

На первое издание этой книги известный литературовед Н. К. Гудзий (1887–1965) написал краткую рецензию, которую здесь стоит воспроизвести полностью:

«Пересказанные по-русски акад. С. Ф. Ольденбургом индийские сказки в числе тридцати прельщают своим изяществом и той своеобразной теплотой тона, которая всем им присуща. Как всякое подлинное художественное произведение, сказки эти заинтересуют и простодушного, не слишком мудрствующего читателя, и такого, который искушен в чтении „серьезной" литературы. Последний в чудесной фантастике найдет приятный контраст с тем, что представляет собой всегда более суровая действительность, тем более что всюду конец неизменно благополучный и добродетель неизменно увенчивается наградой, а порок наказывается. Как и следовало ожидать, при чтении этих сказок приходят на память разнообразные мотивы наших русских народных сказок, часто идентичные с мотивами своих индийских собратьев, но лишь иначе сгруппированные, — наглядное подтверждение теории международного обмена, в который вовлечено народное творчество различных племен. Материал пересказан хорошим литературным языком. Была бы очень кстати вводная статья С. Ф. Ольденбурга. К сожалению, она отсутствует»

(Новый Восток. 1923, № 3, с. 542).вернуться

222

В качестве еще одного и в своем роде весьма показательного примера упомянем вышедшую в годы гражданской войны книгу: Бэббит Э. К. Сказки далекой Индии. Пер. с англ. М., (1919).

вернуться

223

Индийские сказки. Пер. с урду (М. И. Клягиной-Кондратьевой и В. Л. Крашенинникова). М., 1955 (1956, 1957, 1958). Первую часть книги составили сказки, взятые «из сборников, изданных в Индии и Европе в XIX и XX вв.»; вторая часть — перевод одной из обработок «Рассказов попугая», впервые изданный (в иной редакции) в 1933 г.

вернуться

224

См., например: Индийские сказки (Для старшего дошкольного возраста). М., 1955 (1957, 1958, 1959); Сказки Индии. (Серия «Школьная библиотека»), М., 1957.

вернуться

225

Двадцать пять рассказов Веталы. Пер. с санскр. И. Серебрякова. М., 1958. Другую версию еще до войны перевела Р. О. Шор: Двадцать пять рассказов Веталы. Пер. с санскр., ст. и коммент. Р. О. Шор. Л., 1939.

вернуться

226

Панчатантра. Пер. с санскр. и примеч. А. Я. Сыркина. М., 1958. В художественном отношении, на мой взгляд, удачнее более позднее (несколько сокращенное) издание: Панчатантра. Пер. с санскр. и предисл. А. Сыркина. М., 1972. Ср. также: Панчатантра. Избранные пассказы. Пер. с древнеиндийского, предисл. и примеч. Р. О. Шор. М 1930.

вернуться

227

Шукасаптати. Семьдесят рассказов попугая. Пер. с санскр. М. А. Ширяева. Предисл. и примеч. В. И. Кальянова. М., 1960 (этот перевод сделан еще в 1937 г.). Позже у нас были опубликованы переводы двух персоязычных индийских версий этого сборника: Зийа ад-Дан Нахшаби. Книга попугая (Тути-наме). Пер. с перс. Е. Э. Бертельса. М., 1979 (этот перевод сделан в 1920 г.); Имад ибн Мухаммад ан-Наари. Жемчужины бесед (пер. с перс. М.-Н. О. Османова). М., 1985. (См. также примеч. 80.)

вернуться

228

Жизнь Викрамы, или Тридцать две истории царского трона. Пер. с санскр., предисл. и примеч. П. А. Гринцера. М., 1960.

вернуться

229

Сказки народов Востока. М., 1962; 1967.

вернуться

230

Сказки народов Индии. Пер. с языков маратхи, панджаби, тамили, телугу, хинди. М. — Л., 1964. Книге предпослано содержательное предисловие Г. А. Зографа (с. 5—27). Эта книга интересна еще и тем, что в нее вошли русские переводы пяти сказок телугу, которые ленинградский индолог Н. В. Гуров записал с уст индианки, г-жи М. Адилакшми, профессора языка телугу в ЛГУ.

вернуться

231

См.: Повести, сказки, притчи древней Индии. Пер. с пали и санскр. М., 1964; Сомадева. Повесть о царе Удаяне. Пять книг из «Океана сказаний». М., 1967; Сомадева. Необычайные похождения царевича Нараваханадатты. М., 1972; Сомадева. Дальнейшие похождения царевича Нараваханадатты. М., 1976; Джатакн. Из первой книги «Джатак». Пер. с пали Б. Захарьина. М., 1979; Индийская средневековая повествовательная проза. Пер. с санскр. М., 1982.

вернуться

232

Сказки Центральной Индии. Пер. с англ. и сантальск. Г. А. Зографа и 3. Е. Самойловой. Под общей ред. Г. А. Зографа (Сказки и мифы народов Востока). М., 1971. Это единственная до сих пор книга индийских сказок, вышедшая в данной серии. Племенной фольклор Центральной Индии представляет собой и переводная книга: Фукс С. Легенды и сказки Гондваны. Пер. с англ. М., 1970.

вернуться

233

Сказки народов Индии. Пер. с бенгали, маратхи, панджаби, тамильского, телугу, хинди, англ. Л., 1976. В этой книге по сравнению с изданием 1964 г. заменено более трети сказок. Она ценна также новым предисловием Г. А. Зографа и его же сказковедческими комментариями.

вернуться

234

Ранее в его переводе были изданы «Сказки, басни и легенды белуджей» (М., 1974).

вернуться

235

Frau Viehmännin — «госпожа скотница» (нем.). Эти немецкие слова взяты из предисловия братьев Гримм к их «Детским и семейным сказкам». Ср:

«Одна из наших удач заключалась в том, что мы познакомились с крестьянкой из деревни Нидерцверн, расположенной близ Касселя, и она рассказала нам большую и лучшую часть сказок второго тома. Эта госпожа скотница (die Frau Viehmännin) была еще вполне крепкого здоровья, и лет ей было немногим более пятидесяти»

(Brüder Grimm. Kinder- und Hausmärchen. Bd. I, c. 19).

Ср.: Коккьяра Дж. История фольклористики в Европе, с. 246.

вернуться

236

Лалбихари Дэ дает, разумеется, английский перевод этой формульной концовки. Но когда я показал этот перевод бенгальцам, живущим в Москве, они сразу прочитали мне наизусть первые строки бенгальского оригинала и указали на то, что похожая формульная концовка приведенав книге Д. Митро-Моджумдара «Бабушкина сумка».

вернуться

237

Растение, названное в оригинале («колючка», в передаче Лалбихари Дэ — «Natiya-thorn»), — это Amarantus viridis, а по-русски — щерица зеленая, сорняк, широко распространенный и у нас в средней полосе. Благодарю Д. Шорму, специалиста-ботаника (Бангладеш), за помощь в идентификации этого растения.

вернуться

238

«Тук! Тук! Тук!» (в бенгальском оригинале — «Кут! Кут! Кут!») — по объяснению моих информантов-бенгальцев, это звукоподражание означает ответ муравья на заданный ему вопрос: словами он ответить не может и лишь клацает зубами.

вернуться

239

На самом деле приведенная концовка — это образец так называемой «кумулятивной сказки». Ср., например, у А. Н. Афанасьева сказку № 68 (по СУС № 2021В, «Петушок вышиб курочке глаз орешком»), в которой за кратким введением следует такая цепь вопросов и ответов:

— Курочка, Курочка! Что ты плачешь?— Мне кочеток вышиб глазок.— Кочеток, кочеток! На что ты курочке вышиб глазок?— Мне орешня портки раздрала.— Орешня, орешня! На что ты кочетку портки раздрала?— Меня козы поглодали.— Козы, козы! На что вы орешню поглодали?— Нас пастухи не берегут.— Пастухи, пастухи! Что вы коз не берегёте?— Нас хозяйка блинами не кормит.— Хозяйка, хозяйка! Что ты пастухов блинами не кормишь?— У меня свинья опару пролила.— Свинья, свинья! На что ты у хозяйки опару пролила?— У меня волк поросёнчика унес.— Волк, волк! На что ты у свиньи поросёнчика унес?— Я есть захотел, мне бог повелел.

См. статью В. Я. Проппа «Кумулятивные сказки»: Пропп В. Я. Фольклор и действительность. М., 1976 (а также главу «Кумулятивные сказки» в его книге «Русская сказка»). Есть и специальная, хотя довольно старая работа о формульных концовках в народных сказках: Petsch R. Formelhafte Schlüsse im Volksmärchen. Stuttgart, 1900. См. также: Рошияну H. Традиционные формулы сказки. М., 1974.